Кавазашвили: "Мог и по почкам садануть. Это игра!"

Бронзовый призер ЧМ-66 Анзор Кавазашвили, которому сегодня исполняется 78 лет, рассказал UEFA.com о Пеле, Яшине, Акинфееве и самом досадном эпизоде карьеры.

©AFP

Один из лучших вратарей в истории СССР Анзор Кавазашвили отмечает 19 июля день рождения. Накануне корреспондент UEFA.com встретился в Москве с титулованным ветераном, который вспомнил ярчайшие моменты карьеры, прославленных партнеров и соперников и рассказал о нереализованной мечте.

Как вам чемпионат мира, Анзор Амберкович?

Приятно шокирован турниром. Он был великолепно организован, наполнен захватывающими матчами. И этот чемпионат показал очень много новшеств. Во-первых, проявили себя талантливые молодые футболисты. Во-вторых, появился новый розыгрыш "стандартов". Например, англичане перед подачей углового выстраивались в один ряд - спина в спину, а в момент навеса разлетались в стороны. В-третьих, мастерство исполнения штрафных повысилось на 50-70 процентов. Из ста попыток шестьдесят были реализованы, либо вратари с трудом парировали удар.

В-четвертых, мы узнали, что видеоповторы - прекрасная штука! Как человек, на чемпионате мира-70 пострадавший от решения судьи, одобряю это нововведение. Арбитр теперь полностью чист перед командами и болельщиками, ведь ему позволено не брать на себя ответственность, а переложить ее на компьютер.

Что не понравилось, так это кривляния выдающихся футболистов. Они бесконечно валялись на земле, корчась от якобы страшной боли. Подобное проявление показухи, мнимых страданий очень неприятно.

Выступление сборной России стало сюрпризом?

Анзор Кавазашвили корит Федора Смолова
Анзор Кавазашвили корит Федора Смолова©Getty Images

Убежден, на месте Хорватии в финале должны были быть мы. В четвертьфинале от нас отвернулась фортуна. Не вправе осуждать футболистов, но Смолова за исполнение послематчевого пенальти надо серьезно наказать. Он же смотрел матчи чемпионата мира. Неудачно исполняли 11-метровый Месси, Роналду. Видимо, господину Смолову показалось, что раз такие гранды не забивают, и ему тоже можно. Это его огромная ошибка. На Федора была огромная надежда как на классного, активного нападающего, однако он разочаровал.

Вместе с тем не могу осуждать Марио Фернандеса. Мальчик превзошел себя, блестяще действовал на правом фланге, сравнял счет во встрече с хорватами. Обидно, мы могли их спокойно обыграть! В основное время матча сказал жене, что будет овертайм, а в серии пенальти победим мы, ведь Акинфеев очень хорошо берет пенальти. И он бы взял больше одного, если бы не промах Смолова. Хорваты победили просто чудом!

Уверен, в полуфинале мы положили бы англичан. Наши ребята прибавляли от матча к матчу. Они середнячки, не звезды, но Черчесов нашел к ним подход, добился взаимопонимания, слаженной коллективной игры. Не знаю, что будет в Катаре через четыре года, но сегодня я получил большое удовольствие от футбола в исполнении нашей команды.

Акинфеева называют лучшим игроком сборной России на турнире. Как оцените игру капитана?

Четыре вратаря, чьи сборные вышли в полуфинал, а также Игорь - лучшие на этом чемпионате. Можно на орел и решку разыграть, кто сильнее (смеется). Они в целом выглядели здорово, за исключением одного нюанса - все пятеро плохо играют на выходах. Много мячей пропускалось после навеса во вратарскую. Этой участи не избежал и Акинфеев. Но сегодня он достоин включения в символическую сборную мира.

Вы участник двух первенств планеты - 1966 и 1970 годов. Какой турнир запомнился больше?

Лев Яшин
Лев Яшин©AFP

Их нельзя разделять, оба имеют для меня огромную значимость! В 66-м в Англии провел два очень ответственных матча группового этапа - против Северной Кореи и Чили. Я был в фаворе наравне с Яшиным, играл с ним по очереди. На полуфинал с немцами должны были ставить меня. Состоялся совет, игроки высказались в пользу Льва Ивановича. Тот же вопрос тренеры Николай Морозов и Юрий Золотов задали мне. Я согласился: "Пусть лучше играет Яшин". Он был уже именитый, пользовался большим уважением, соперники его боялись. У меня, 25-летнего паренька, все было впереди.

В полуфинале произошел несчастный случай. Мы пропустили дважды, в том числе от юного Франца Беккенбауэра, которому никто не помешал пробить издали. В концовке отыграли один мяч. Будь чуть больше времени, наверняка сравняли бы счет. Увы, уступили и здесь, и в матче за третье место. В итоге получили "бронзу".

Тогда по правилам ФИФА победителю вручались золотые награды, вице-чемпиону - позолоченные, третьему призеру - серебряные, четвертому - бронзовые. И давали их лишь тем 11 футболистам, которые участвовали в последнем матче. В результате Алик Шестернев, выдающийся игрок, капитан сборной, остался без медали. Это коснулось и многих других ребят, включая меня.

Через четыре года в Мексике мы уже рассчитывали на выход в финал. Команда была здоровейшая, мы даже не думали о бронзовых наградах. Лев Иванович теперь сидел в запасе, я отыграл все четыре матча. Меня готовились признать лучшим вратарем мира. Приезжали журналисты из различных изданий, фотографировали... Я ведь пропустил меньше всех, чувствовал себя великолепно. Но тот гол от Уругвая в четвертьфинале все испортил. На 118-й минуте Кубилья из аута затащил мяч обратно в поле, навесил, и Эспарраго поразил пустые ворота.

Это самый досадный эпизод вашей карьеры?

Однозначно. Ужасный! Я дважды в жизни рыдал. Первый раз в 1963 году, когда в составе "Торпедо" играл в Ростове. Из Батуми приехал отец посмотреть на меня. Он впервые видел сына на поле, а мы проиграли - 0:3. Плакал у него на плече. И вот второй раз - в Мехико после поражения от уругвайцев.

С Яшиным вы постоянно жили в одном номере. Его пристрастие к курению не мешало?

©AFP

Он никогда не дымил в комнате. Вообще Лева не признавал ничего, кроме "Беломорканала" - самых вредных и отвратительных папирос. Он же из работяг, которые начинали на заводах, курили, пили... Но черт с ним, с "Беломором" - ужасно было то, что Яшин страдал язвой желудка, часто корчился от боли. Везде таскал с собой соду. Только прихватит - он отсыплет, запьет водой, вздохнет: "Слава богу". Мне его было очень жалко.

Еще Лева брал меня на рыбалку. Я ее не люблю, но он сумасшедший был на этот счет, в чемодане всегда лежали снасти. Обычно мы в семь-восемь поднимались на зарядку. А он уже с пяти утра с удочкой сидел на пруду или речке, которые находил в любом месте. Час-другой порыбачит, получит удовлетворение и приходит на зарядку.

Часто слышу вопрос: завидовал ли Яшин мне, понимая, что вытесняю его из основного состава? Да это даже спрашивать нельзя! Он был замечательный мужик - принципиальный, со своим мнением, но никогда не грубил, всегда давал мне наставления, учил выходить на мяч в штрафной площадке, верно выбирать позицию.

Я превзошел Яшина только в одном. В 1969 году в "Спартаке" разработал следующее ноу-хау. При построении "стенки" просил защитников расступиться в самом центре, оставив мне пространство - сантиметров десять, чтобы я видел момент удара. После этого брал все мячи, никто не мог мне забить, даже мастер штрафных Виктор Серебряников из киевского "Динамо". Прошло полвека, а до сих пор ни один вратарь - ни у нас, ни в мире - не использует подобный прием.

Яшина за рубежом окрестили Черным Пауком. Каким прозвищем наградили вас?

Всегда был Пантерой! Оно мне нравилось. Это ведь самый грациозный зверь - красивый, черный, пластичный. Но меня назвали, конечно, не за красоту и обаяние. Просто отличался "прыгучей" манерой игры.

По вратарским меркам вы были невысоки - 178 см, намного ниже того же Яшина. Выходит, рост - не главное для первоклассного голкипера?

И играя, и будучи тренером, говорил, что дело не в росте. Вратарь должен быть профессионал и умница, работать над собой. То, что бог ему не дал, надо заменить другими качествами. Яшин говорил: "Анзорчик, ростом ты маленький, но физически сильный, резкий, скоростной, поэтому должен сделать все, чтобы предотвратить опасные моменты еще в зародыше".

Мы ведь со Славой Метревели пробегали стометровку за 11 секунд! Все время соревновались и не уступали друг другу. В общем, я компенсировал свой небольшой рост другим: выскакивал между защитниками на верховые подачи или прострелы, налетал на мяч, колени и локти тоже работали здорово. Мог и по почкам садануть. Да, это игра! Один раз попробуют - больше не подойдут. И действительно: как закричу - все рассыпались. Столкнется со мной нападающий - его беда. К слову, никогда не получал повреждения в игре на выходах. А многие из летевших на меня травмировались.

У вас были свои футбольные приметы?

''Акинфеев достоин включения в символическую сборную''
''Акинфеев достоин включения в символическую сборную''©AFP

Они есть у каждого футболиста. Никогда не менял экипировку в сборной, много лет играл в одном и том же. Пусть твои перчатки рваные, заштопанные, ты их ни на что не поменяешь. Вот Акинфеев на каждом матче в новой форме, для него это нормально. А мои трусы, майка, гетры были сто раз перестираны.

Хотя во время заграничных поездок появлялись представители известных спортивных фирм и втихаря предлагали последние модели бутс, платя за такую рекламу хорошие деньги. Бутсы были шикарные - мягкие, из качественной кожи, с прикрученными шипами. Хоть в Большой театр в них иди!

Был у нас забавный случай на чемпионате мира в Мексике. Муртаз Хурцилава договорился одновременно и с "Адидасом", и с "Пумой". И вот выходим на поле, а у него на одной ноге "адидасовская" бутса, на другой - "пумовская". В перерыве представители обеих фирм залетели в раздевалку, накричали на Муртаза. Пришлось срочно переобуваться в одинаковые.

За подобную рекламу я как-то получил около двух тысяч долларов. Самым востребованным был, конечно же, Пеле. За игру в бутсах "Пума" на чемпионате мира в Англии ему заплатили 30 тысяч долларов. В 66-м это была сумасшедшая сумма!

Кстати, о Пеле. В 1965 году в Лужниках сборная СССР уступила бразильцам в товарищеской встрече - 0:3. Вы вышли на замену и пропустили от Короля футбола. Можете вспомнить тот матч и тот гол?

Пеле
Пеле©Popperfoto/Getty Images

Когда меня спрашивают о главном достижении жизни, отвечаю: гол, пропущенный от Пеле (смеется). Бразильцы тогда сразу стали нас разрывать, легко забили два мяча. Не помню, чтобы кто-то когда-то так играл! Нынешняя сборная Бразилии в пятки не годится той команде - и в коллективном плане, и в индивидуальном.

В перерыве я заменил Виктора Банникова. И вот Пеле, продвигаясь к штрафной, начал обыгрывать футболистов - Жору Рябова, Валеру Воронина. Я делаю небольшой шаг вперед и жду, что он будет делать с мячом - либо отпустит вперед, либо оставит "на привязи". Когда Пеле на полметра отпустил мячик, я вылетел, уверенный, что в прыжке накрываю его, а тот уже в воротах. Пеле поймал меня как пацана. Думал, что уже закрыл его, а он пробил другой ногой, поразив "девятку". Спустя несколько десятилетий Пеле прилетел в Москву, увиделись, и он вспомнил меня. Я чуть не обалдел!

Пеле - сильнейший футболист, против которого приходилось играть?

Да. Это был феномен! Прежде все только и говорили о венгре Пушкаше. Но я никогда его не видел в деле. А Пеле, Гарринча, Диди - это вообще... Ребята, такого не может быть! Смотреть на таких футболистов - подарок судьбы. За Пеле на чемпионате мира-66 гонялись, чтобы его "убить". В итоге португальский полузащитник Колуна сломал ему колено - бразильца унесли на носилках. Это был единственный случай, когда команда Пеле на чемпионате мира осталась без медалей. В отсутствие лидера партнеры психологически надломились, хотя техники, исполнительского мастерства было выше крыши.

За сборную СССР вы провели 29 матчей. Учитывая конкуренцию с Яшиным, это много или мало?

Не забывайте, что моим конкурентом был не только Яшин. Перечислю вам других высочайших мастеров: Женька Рудаков, Виктор Банников, Юра Пшеничников. Это сейчас играет один Акинфеев, он уже настоящий дед в сборной. У нас было иначе. Ворота защищали не только Лев Иванович и я. Считаю, мне еще повезло провести 29 матчей.

Основная часть вашей карьеры прошла в московском "Торпедо", но болельщики "Спартака" тоже считают вас своим. Вы себя больше ассоциируете с каким клубом?

Франц Бекенбауэр
Франц Бекенбауэр©Getty Images

Душой я спартаковец, с детства болел за красно-белых. Еще пацаном в Батуми слушал по радио трансляции, восхищался игрой Никиты Симоняна. Друзья отказывались понимать: "Ты что, они же встречаются с тбилисским "Динамо". Я в ответ улыбался, никогда не споря.

А в 1957 году с юношеской сборной СССР возвратился из Бельгии. В Москве оставалось время до вылета в Тбилиси. Сел на электричку до Тарасовки, зашел на территорию базы, которая тогда не была огорожена. Смотрю, возле двухэтажного здания сидит на скамейке старичок: "Сынок, ты куда? Здесь же футболисты живут". "Знаю, вот я и пришел в "Спартак", хочу играть за этот клуб". "Тебе 16 лет, подрасти и потом приходи". Меня так задели эти слова, погрозил ему пальцем: "Потом будешь звать - больше не приду!" Как вы поняли, старичком оказался Николай Петрович Старостин.

Я уехал, но всю жизнь продолжал болеть за "Спартак". Спустя годы уже опытным мастером пришел туда из "Торпедо". И в первый же сезон мы обыграли всех, два раза бабахнули Киев и стали чемпионами СССР.

К сожалению, ни "Спартак", ни "Торпедо" не оценили меня как ветерана, не зовут на мероприятия. Видимо, обижены на мои высказывания. Я прямой человек, с жестким, непримиримым характером. Чувствую несправедливость - не стану молчать. За это кое-кто меня не любит, иногда перекрывает кислород.

В "Торпедо" вы четыре года играли бок о бок с Эдуардом Стрельцовым. Встречались в вашей карьере более техничные партнеры?

Нет. Эдик был самобытен. Уникум, который за счет блестящего футбольного ума творил с мячом чудеса - играл пяткой, щечкой, подъемом. Мог как танк тащить на себе трех соперников, ведя при этом мячик. Мог ударить точно в любой угол. Мог нежданно-негаданно отдать хитрый пас, хотя никто не понимал, как он вообще увидел партнера в куче-мале из футболистов. С ним на поле все становились лидерами: Эдик работал на команду, не стремился забить гол, лишь бы по стадиону объявили его фамилию. Это был футбольный гений.

Вы несколько лет тренировали африканские сборные. Что запомнилось из такого экзотического опыта?

В 76-м меня отправили в Чад - самое бедное государство Центральной Африки. На поле местного стадиона не было ни травмы, ни земли - только песок и пыль. Но президент Чада генерал Феликс Маллум очень любил футбол. С соседними странами мы играли успешно, однако через год с небольшим началась гражданская война, пришлось оттуда уехать.

А в 85-м умер Черненко. На похороны приехал президент Гвинеи Лансана Конте. Стоя рядом с Горбачевым, который был председателем похоронной комиссии, а следовательно, новым генсеком, он нагнулся и что-то долго шептал ему на ухо. Назавтра у меня дома раздается звонок из Министерства спорта СССР: "Анзор, срочно приезжай в международный отдел". Я приезжаю, начальник управления говорит: "У тебя есть два дня. Собирай паспорта, жену. На третий день вылетаете в Конакри". Я опешил: "Где это?" "В Гвинее". "А что мне там делать-то?". "Договор на высшем уровне. Бери продукты, их там ни хрена нет".

Анзор Кавазашвили в наши дни
Анзор Кавазашвили в наши дни©Getty Images

Я набил два огромных чемодана консервами и сигаретами. Прилетели, у трапа встречают вице-президент страны, министр спорта, министр МВД и советник посла СССР. Сразу отправились в президентский гараж выбирать мне автомобиль. Приехали, там стоят новейшие "Пежо", "Мерседесы", американские марки и среди этого великолепия - черная "Волга" 24-й модели. Недолго думая выбрал "Мерседес". Вице-президент уже положил мне в руку ключи. И вдруг кто-то ущипнул меня за задницу - я аж вскрикнул! Оглянулся, там советник посла: "Анзор, вы сошли с ума. Здесь такая машина только у посла. Не так поймут. Откажитесь". Пришлось взять "Волгу" - без кондиционера, без всего. Сели в нее с женой, открыли окна и в сопровождении полиции поехали в гостиницу. Я потом этого советника так ругал!

Футбол? Ну какой там был футбол... Только два гвинейских игрока выступали за границей - во Франции. Да и то их оттуда не вызывали. В чемпионате Гвинеи было девять клубов, и шесть из них базировались в Конакри. Я начал усиленно просматривать кандидатов в сборную. Первый матч был в Габоне, нас доставили туда на военном самолете. И мы так оглушили соперника, что даже местные болельщики устроили мне овацию. Работа была очень интересная, футбол в Гвинее любили безбожно! Президент страны поднимался на трибуну, ставил за воротами стульчик на трех ножках и в окружении охраны сидел, целый час наблюдал за тренировкой. Но тут, как назло, через год и три месяца - тоже гражданская война! Делать нечего, вернулись домой.

Вы двукратный чемпион СССР, двукратный обладатель кубка, дважды лучший вратарь страны, бронзовый призер первенства мира. Какая-то мечта осталась нереализованной?

Да! Начать все заново (улыбается). Стать молодым и играть именно сейчас. Мне не очень нравится уровень нынешнего чемпионата России. Помню первенство Советского Союза, когда на одну позицию было по три-четыре шикарных футболиста. С удовольствием родился бы намного позже. Со своим талантом мог бы выступать в лучшем европейском клубе. Меня и тогда звали - в Европу, в Австралию. Но мы не могли даже слышать об этом, не то чтобы покинуть Советский Союз.

Впрочем, давайте не будем сожалеть! Конечно, хочется быть молодым. Семьдесят восемь - это очень много. Болят оба колена. О сердце и не говорю - несколько раз делал операцию. Но что поделать - таков спорт высших достижений.

Наверх